Главная | Тарусина н.н брак по российскому семейному праву м 2010

Тарусина н.н брак по российскому семейному праву м 2010

Так, наряду с имущественно-семейными элементами автор включал в содержание гражданского права и институт личной семейной власти вслед, впрочем, за законодателем.

С одной стороны, он писал: С другой стороны, Г.

Данный элемент включен в следующие коллекции

Шершеневич и сам отнюдь не всегда последовательно критически относился к ситуациям очевидного вмешательства государства во внутренние личные семейные отношения и не отрицал юридического значения их нравственного склада: Поэтому воспрещаются все акты, склоняющиеся к самовольному разлучению супругов Брак возлагает на супругов обязанность верности Нравственное общение, устанавливаемое браком, стесняет возможность свидетельства на суде Учебник русского гражданского права.

За подробностями о позициях А. Боровиковского и других ученых, а также об аргументации не ситуационно-случайной, а закономерной суверенности семейного законодательства и права Е. Очерки из классики и модерна. Следует также заметить, что декретами и Кодексом г. В целом же кодификация и суверенизация явились отражением объективной потребности в новом семейном законе, то есть закономерностью, а возможно, и провидением.

В рамках каждого из четырех Кодексов семейное законодательство в принципе относительно устойчиво. Хотя российская правовая история знает и исключения. В то же время смена одного кодекса другим сопровождалась существенными изменениями в подходах российского законодателя к правовому регулированию брака и семьи.

Подвергнется ли СК РФ испытаниям изменчивостью подходов к ряду его основных институтов? Нужна ли новая редакция Кодекса? Результативный ответ на эти вопросы, конечно, даст законодатель. Доктринальные же и прикладные предпосылки к нему, на наш взгляд, следующие. Предпосылки "первого эшелона" касаются Общей части Кодекса, страдающей существенными недостатками. Так, рекогносцировка дефинитивной составляющей основного семейного закона приводит к неутешительному выводу об отсутствии даже попыток определения ключевых понятий семейного права - о браке, семье, родстве, свойстве, интересах детей и т.

В этой связи возникает несколько цепных реакций. Например, о понимании законодателем цели и сущности брака можно догадаться лишь методом от противного, обнаружив в ст.

Файлы в этом документе

Между тем, во-первых, законодательное дефинирование - дело далеко не простое и в других отраслях, однако это не является для них препятствием. Всю многогранность объекта описания им не охватить. В большинстве случаев, как известно, этого и не требуется. Например, для психолога ребенок - человек с несформировавшимся сознанием, для старинного литератора - "недоросль", для родителей - плод любви, продолжение рода, опора в старости, для юриста - лицо, не достигшее совершеннолетия ч.

Как остроумно замечает А. Козловский, "вся история права есть история борьбы за законодательные дефиниции" и одновременно - история борьбы "законодательных дефиниций за уничтожение права".

Актуальные проблемы теории и практики. Брак по российскому семейному праву. В-третьих, если проблема воистину столь неразрешима, то, видимо, она должна быть таковой для любого современного законодателя, работающего над семейно-правовым материалом.

Но это не так.

Например, в белорусском, украинском, казахском семейных законах дефиниции основных понятий предлагаются, причем в Законе Республики Казахстан "О браке и семье" они зафиксированы в ст.

Теоретическая модель построения системы семейного законодательства Российской Федерации и других государств - участников Содружества Независимых Государств: Вторая группа предпосылок относится к институту брака.

Во-первых, определенный модернизирующий контекст в последние годы обнаруживается при выявлении юридической сущности супружества. Рядом цивилистов брак рассматривается как договор - с последующими модификациями: Поскольку брак большинством цивилистов XX в.

Принципиальное расхождение заключается в констатации его отраслевой природы - гражданско-правовой или семейно-правовой. При этом конструкция договора, как известно, присуща многим отраслям российского права, а не только исключительно гражданскому праву. Во-вторых, дискуссии подвергаются два конститутивных признака брачного союза.

Для продолжения работы вам необходимо ввести капчу

Первый из них - гендерный. В ряде стран, в том числе европейских, в контексте признания права на частную жизнь легализованы однополые союзы по типу либо института брака, либо договора о партнерстве и т.

Удивительно, но факт! Социалистический будущий коммунистический брак не мог быть сделкой — он должен был стать свободным от материальных расчетов, а впоследствии — и от правовых регламентов.

Последние законодательные решения Великобритании и Франции эту позицию усиливают. Россия не является, однако, членом данного "клуба". Конституционный Суд РФ в Определении от 16 ноября г. N высказался совершенно однозначно в пользу конституционности и толкования нормы п.

Удивительно, но факт! Договорная сторона брака подлежала ведомству светской власти.

Тем не менее атака на данный постулат продолжается. Однако во-первых, в отличие от данного автора мы придерживаемся идеи о суверенной сущности семейного права и регулируемых им отношений, то есть не признаем гражданско-правовой природы любой семейной общности тем более - по типу брачного союза , в том числе и фактического брака о чем речь впереди. Во-вторых, природное начало явно не на стороне "опровергателей основ".

В-третьих, влияние ведущих конфессий на институт брака в России значительно, а их отношение к проблеме вполне очевидно верующие составляют большинство населения нашей страны. Позиционирование России в качестве государства с европейскими традициями отнюдь не означает неукоснительного следования за ними во всех вопросах права, тем более в сфере семейных отношений. Правовое регулирование положения сексуальных меньшинств. Подвергается определенному сомнению и принцип моногамии.

В подтверждение вещного значения невесты приводились обыкновенно соображения, что при ее выборе основное внимание обращается не на ее склонность к суженому и привлекательность, а на состояние и трудолюбие годность рабочей силы , что любовь и вообще нравственные чувства почти не играют роли в брачном союзе крестьян. Нет сомнения, отмечал С. Пахман, что хозяйственный расчет в крестьянских браках, как, впрочем, и у других сословий, — дело не последнее, однако есть немало сведений о значимости и наружности невесты, и склонности ее к жениху!

По мнению автора, и требование целомудрия а затем — верности вряд ли характеризует женщину как вещь если только не объяснять это свойством вещного права — исключительным обладанием предметом собственности. Если брак — это договор, обязательство, то он должен исполняться в определенный срок. Брак есть правоотношение особого рода, основа для классической, желаемой для общества семьи.

Из этого вытекает, в-третьих, что супружеский союз — не дело исключительно частное. В заключение своих размышлений С. Пахман подчеркивал, что недоразумения относительно юридической сущности брачного союза происходят: Если брак — особое правоотношение, непременно требующее общественного признания, то очевидно, что его юридическое существо не зависит напрямую от формы такового признания венчание, санкция-регистрация как акта прав состояния и т.

Пахман не сводил сущность брака к договору, для него он был гражданским с учетом несуверенности семейного права в этот период правоотношением особого рода, хотя в качестве предпосылки юридического факта его возникновения, безусловно, выступало соглашение — особая разновидность гражданско-правового договора. В современной российской цивилистике наиболее радикальную, последовательную позицию с договорным вектором занимает М.

В принципе склоняются к договорной теории брака и авторы одного из классических учебников по гражданскому праву. Однако изложение и аналитику их взглядов целесообразнее включить в общий контекст представлений о сущности брака в российском семейном праве, т. Кант, не может порождать брак, так как всегда имеет некую временную цель, при достижении которой себя исчерпывает, брак же охватывает всю человеческую жизнь и прекращается не достижением определенной цели, а только смертью людей, состоявших в брачном общении.

Придавая данной позиции юридическую форму, А.

Удивительно, но факт! Весьма скудны и неконкретны правила, касающиеся соглашений об определении долей в общесупружеском имуществе, его разделе, порядке пользования общим имуществом или имуществом каждого из супругов.

При этом особенности русского законодательства состоят в том, продолжал автор, что оно, относя брак к институтам семейного права, смотрит на него как на акт по преимуществу религиозный относительно условий заключения и расторжения , взаимодействующий, однако, со светским правом. Как не вспомнить уже приводимое в главе I суждение А.

Смотри также

Шершеневич четко разграничивал соглашение о браке как предпосылку возникновения брачного правоотношения и само брачное правоотношение. В основании брака лежит соглашение между сочетающимися — брак не может быть законно совершен без взаимного и непринужденного согласия сочетающихся лиц. Когда договор направлен на исполнение одного или нескольких определенных действий, то последствием его будет обязательственное отношение, например, в товариществе.

При этом необходимо отметить, справедливо уточняет С. Шершеневич, как и подавляющее большинство ученых дооктябрьского периода, причисляли семейное право к гражданскому праву, следовательно, их выводы о браке как институте особого рода означают — гражданско-правовом институте особого рода.

Впрочем, законодательство той поры и не создавало сколько-нибудь основательной предпосылки считать иначе, хотя А. Пахман писал, что брачный союз — не обязательство и соглашение о браке — не обычный имущественный договор, а соглашение о вступлении в правоотношение особого рода, каким является брачное состояние лиц.

Как видим, в определенном смысле концепция брака — института особого рода — является дуалистической. Соглашение вступающих в брак договор и собственно брачное состояние не договор — идея, которая прослеживается в трудах многих цивилистов: Японские цивилисты Сакаэ Вагацума и Тору Ариндзуми отмечают: Планьоль подчеркивал, что, несмотря на взаимно волевой характер брачного акта, имеются серьезные затруднения выводить из этого договорную природу супружеского союза: Идея брака-договора, утверждал Ж.

Бонекас, настолько противоречит природе вещей, что законодатель г.

Удивительно, но факт! Загоровский подчеркивал последовательность соответствующих рассуждений:

Необходимо различать три разных термина и три разные вещи: При этом оба сочетавшихся браком субъекта приобретают права и принимают на себя обязанности, строго определенные законом, и не могут их изменить отменить по своей воле. Сторонники договорной теории полагают, что это не подрывает их доводов, так как и в гражданско-правовом договоре существуют обязательные условия, предусмотренные законом императивно.

С другой стороны, и участники брачного правоотношения не лишены возможности договориться об установлении других правоотношений, отойти от прямой законной регуляции, заключив, например, брачный договор. Кроме того, приобрести брачный статус субъекты могут лишь на основании соглашения, а не одностороннего волевого акта. Не отрицая последнего утверждения это было бы бессмысленно, так как оно соответствует и закону, и практике, о чем еще писали С.

Пахман и другие цивилисты , подчеркнем лишь, что договор об имущественных отношениях брачный договор есть самостоятельный вид соглашения, хоть и тесно связанный с брачным правоотношением. В российской цивилистической науке сторонники данной концепции составляют большинство.

Удивительно, но факт! Так, рекогносцировка дефинитивной составляющей основного семейного закона приводит к неутешительному выводу об отсутствии даже попыток определения ключевых понятий семейного права - о браке, семье, родстве, свойстве, интересах детей и т.

Их взгляды будут изложены в следующем параграфе. Об определении брака Большинство советских и российских цивилистов рассматривали и рассматривают брак как учреждение особого рода. Концепция брака как таинства не нашла своих сторонников ввиду исключительно светского характера брака и многолетней атеистической доминанты нашего общества. Отрицание договорной теории было связано с идеологическим противостоянием социалистической и буржуазной научной, философской, политической и юридической мысли.

Социалистический будущий коммунистический брак не мог быть сделкой — он должен был стать свободным от материальных расчетов, а впоследствии — и от правовых регламентов. Юркевич, — брак, как правило, заключается по любви и взаимной склонности честный советский человек располагает только тем, что он заработал. Впрочем, если убрать идеологический контекст, которого не могло не быть в науке в то время, то последнее утверждение вполне можно принять.

Удивительно, но факт! При этом оба сочетавшихся браком субъекта приобретают права и принимают на себя обязанности, строго определенные законом, и не могут их изменить отменить по своей воле.

В некоторой степени активное противопоставление буржуазного брака-сделки и советского брака-несделки было обусловлено и суверенностью советского семейного права и законодательства: Несмотря на доминирование теории брака как учреждения особого рода, внутри нее, разумеется, были и наблюдаются в настоящее время различия.

Так, дефиниции до х гг. Между тем очевидно, что праву на брак соответствует право на его расторжение притом вытекающее из принципа свободы развода , поэтому данный признак не уместен ни в юридическом, ни даже в этическом плане, ибо, когда брак мертв, продолжать его, как известно, безнравственно за исключением чрезвычайных случаев.

Недаром некоторые цивилисты, например В. Свердлов в суперидеологизированные и жесткие е гг. Впрочем, включить характеристику в дефиницию понятия и использовать ее при его толковании — не одно и то же. В то же время определенная логика в суждениях ученых есть. Почти аналогичная декларация содержится в ст.

Очевидно, что принципам отрасли должны соответствовать принципы института брака и конкретные нормы о сущности брачного союза. Однако поскольку без любви и уважения иные браки начинаются, иные в таковые превращаются — и вопроса об их прекращении на этом основании заинтересованными лицами не ставится, т.

Тем не менее приведенные нами нормы-декларации относятся к основным началам современного брачно-семейного законодательства — это факт юридической действительности, пусть и особого рода, не создающий конкретных субъективных прав и юридических обязанностей. Думается, что методологическое влияние данных положений в науке семейного права исследовано недостаточно. Дополнительно к перечисленным А. Ворожейкин и другие авторы включают в характеристику брака цель — рождение и воспитание детей, что тем более неприемлемо: Объективная же заинтересованность государства и общества в браках, где имеются дети впрочем, как известно, не всякого: Имеются и дефиниции экспериментального типа.

Второй автор, чтобы избежать указанной аналогии или даже тождества с гражданско-правовой сделкой, определяет исследуемое явление как юридически признанную духовную и физическую общность мужчины и женщины. Однако, как верно заметила Н. Имеются указания в определении брака и на условие о моногамности. Полагаем, что при конкретизации конститутивных признаков брака данные характеристики и их комментарий возможны и даже необходимы.

Сохранение всех перечисленных атрибутов в определении брачного союза, на наш взгляд, есть скорее дань традиции, сложившейся в первые годы после октябрьского переворота — традиции борьбы за женское равноправие, против принуждения к браку со стороны родителей и т. Другой традиционный взгляд на исследуемую проблему связан с негативным отношением к законодательной дефиниции брака.

Орлова констатирует, что во время обсуждения Основ законодательства Союза ССР и союзных республик о браке и семье далее — Основы выдвигались предложения дать в их тексте или в республиканских кодексах определения основных понятий семейного права, прежде всего брака и семьи. Предложения не были приняты. Автор полагает, что попытка их сформулировать в кодексах привела бы к расхождениям в этих базовых правовых конструкциях, которые должны быть едины во всех республиках СССР. Однако и попытка дать дефиниции в Основах была бы бесплодной ввиду комплексного характера институтов брака и семьи, сложности, многогранности этих явлений.

Юридическое определение брака, пишет Н. Орловой солидарны многие цивилисты. Это подтверждается и отсутствием дефиниции брака во всех российских кодифицированных актах послеоктябрьского периода.

Как мы уже отмечали, в Своде законов Российской империи таковая присутствовала — в рамках, однако, концепции брака-таинства. Эти аргументы, на наш взгляд, не могут быть приняты. Во-первых, в тот исторический момент не было нужды передавать эту функцию в кодексы — Основы как раз и предназначались для решения базисных вопросов отрасли и обеспечения одинакового к ним подхода в республиках.

При этом, как показала законодательная практика, в кодексах и не наблюдалось принципиальных отличий даже там, где допускалась вариативность.

Удивительно, но факт! И, напротив, весьма ощутимо выявилось в законодательстве большинства европейских стран и частично государств ближнего зарубежья.

Во-вторых, невозможность дать законную дефиницию в принципе из-за комплексного характера предмета и наличия у него признаков за границами права также неубедительна.



Читайте также:

  • Жалоба на депутата местного самоуправления
  • Документы для оформления земельного участка многодетным в липецке
  • Ипотека в иваново и рефинансирование